EnRu

+7 (495) 974-73-10

В. Энтин — журнал «Среда»: Алиби объективности. Провинилась программа — страдает канал

В России любят обиженных. Когда обидчик — власть, любовь принимает почти всенародный характер. Часть журналистского сословия, которая не хочет отделять себя от народа, и примиряет мученический венец на себя, демонстрирует свое осуждение власти. Здесь действует одно непреложное условие: обиженным должен быть журналист с именем, а злодейка-власть — анонимной.

Сергея Доренко в очередной раз отстранили от эфира. Дабы это не очень бросалось в глаза и не воспринималось как личная месть и сведение счетов походя перекроили сетку вещания. Когда начинается стрельба в толпе, достается и прохожим. Пострадали другие журналисты не меньшего калибра. Их страдания создают руководству вещательной компании алиби объективности.

Случившееся в очередной раз продемонстрировало отсутствие юридических механизмов снятия политической напряженности в отношениях власти и СМИ. Принятая недавно доктрина информационной безопасности подливает масло в огонь. Деление на «свой»/«чужой» ведется не столько между российскими и зарубежными СМИ, сколько между государственными и негосударственными каналами информации. Если следовать такой логике, то британская государственная Би-би-си окажется ближе и роднее частного НТВ.

Система распознавания «свой»/«чужой» используется в противовоздушной обороне. Всякий, кто не подтвердит принадлежности к своим и вышел за рамки отведенного воздушного коридора, сильно рискует. Его могут принудительно посадить или даже сбить. Представляется, что такая формула отношений не совсем подходит для СМИ.

Возникает любопытная ситуация. Власть воспринимает СМИ собирательно, понимая под ними любые носители информации. Упреки адресуются преимущественно телевизионным каналам и радиостанциям. Но в смысле закона под средством массовой информации понимается радио-, теле-, видео-, кинохроникальная программа.

На телевизионном канале показывают множество программ. Согласитесь, что собственник программы и владелец телевизионного канала это разные юридические лица. В обычном бизнесе юридические лица отвечают по своим обязательствам самостоятельно. В бизнесе информационном это правило не соблюдается. Если та или иная программа «достает» власть, то власть достанет ее через владельца канала. Разговор один: будешь упрямиться, лишу лицензии или канала.

Эфирная программа воспринимается как собака. Будет тявкать или, не дай бог, кусаться, подам в суд.

На телевизионном канале показывают множество программ. Юридически программа и телевизионный канал — это разные субъекты права. Для работы канала необходимо получить лицензию на использование радиочастотного канала для целей телевещания. В соответствии со ст.8 Закона о СМИ редакция средства массовой информации может осуществлять свою деятельность только после его регистрации.

И фактически, и юридически деятельность по созданию информационного контента и его показу на канале разделены. Тем не менее, при возникновении у власти претензий к содержанию информационных и публицистических передач давление оказывается именно на канал.

Такое поведение имеет свою логику. Прошедшие в Москве громкие судебные дела в защиту чести и достоинства лидеров движения «Отечество» показали отрицательную эффективность попыток компенсировать причиненный ущерб в судебном порядке. Сумма материальной компенсации оказалась смехотворно мала по сравнению с тяжестью моральных и политических потерь. Судебный процесс показал, что статьи Гражданского кодекса мало пригодны в информационной войне. Отсюда был сделан вывод, что давить надо не там и не так.

Между тем действующее законодательство о СМИ предоставляет цивилизованные средства ведения полемики. Речь идет о праве на опровержение и ответ в том же самом средстве массовой информации. Механизм реализации этих прав прописан в четырех (с 43 по46) статьях Закона о СМИ. В этом случае противостояние происходит на том же информационном поле с использованием журналистских средств воздействия, а не политического мордобоя.

Возникает вопрос: можно ли вывести телевизионную журналистику из под пресса политического давления? Абсолютной свободы не бывает, но ослабить политический прессинг можно. Для этого телевизионные каналы должны стать экономически самодостаточны.

Инициативный авторский проект Федерального закона об основах экономических отношений в сферах массовой информации Михаила Федотова, получивший поддержку Союза Журналистов России, предлагает реструктурировать средства массовой информации, наделить их такими организационными и правовыми формами, которые позволят ослабить прямое политическое и экономическое давление на них, укрепить редакционную самостоятельность.

Одна из функций прессы в демократическом обществе — исполнять роль сторожевого пса гражданского общества. Пресса не должна позволять государству забывать, что оно является слугой общества, а не его хозяином. Власти должны ограничивать свое естественное желание посадить пса на цепь и учить его разуму с помощью палки. Инструментом такого самоограничения государства правом является развитие законодательства о СМИ в сторону обеспечения информационного плюрализма, предотвращения монополизации и сверхконцентрации СМИ на федеральном, региональном и местном уровне, определения гражданско-правового статуса государственных (муниципальных) и частных СМИ, совершенствования механизмов экономической поддержки средств массовой информации и книгоиздания.

Как защитить свои авторские права?

Несколько моих статей были напечатаны в местном журнале, но под статьями не было моей фамилии. Правомочна ли я заявить об авторских правах? И вообще, что делать в такой ситуации?

Гульнара Буланкина, главный редактор каталога «Имидж» (г. Казань).

Владимир Энтин: Видеть свой текст напечатанным приятно. Но если под текстом нет фамилии, то никто и не узнает, что Вы имели к нему самое непосредственное отношение. Поэтому обида Гульнары Буланкиной понятна.

В законе РФ «Об авторском праве и смежных правах» (далее Закон) разъясняется (п.1 статьи 15), что только автору принадлежит право решать вопрос, следует ли указывать подлинное имя автора, использовать псевдоним либо публиковать без обозначения имени, то есть анонимно. Если автор не давал своего согласия на анонимную публикацию, то публикация статей без указания имени автора, считается произведенной с нарушением права на имя.

Следует иметь в виду, что право на имя относится к числу личных неимущественных прав. Эти права, согласно п.3 статьи 15 Закона, являются неотчуждаемыми. Они принадлежат автору даже тогда, когда имущественные права на его статьи и другие произведения, созданные в порядке выполнения служебного задания, принадлежат работодателю.

Закон защищает все права авторов, как имущественные так и личные неимущественные. Он наделяет автора правом (статья 49) требовать от нарушителя признания его прав как автора, а также выплаты компенсации в размере от 10 до 50 тысяч минимальных размеров оплаты труда.

Перед автором открываются три дороги. Можно пойти прямо в суд и потребовать компенсации, которая не может быть меньше установленного законом минимума. Однако перспективы дальнейшего профессионального сотрудничества с данным журналом представляются туманными.

Другой путь — отказаться от материальных требований. Ссылаясь на Закон о средствах массовой информации, журналист может просить редакцию сообщить в ближайшем номере журнала, что у статей, опубликованных под заголовком... в таком-то номере журнала за 2000 г., имеется ниже поименованный автор.

У редакции есть все законные основания удовлетворить эту просьбу. Статья 47 Закона о СМИ «Права журналиста» в пункте 12 предусматривает, что журналист имеет право распространять подготовленные им сообщения и материалы за своей подписью, под псевдонимом или без подписи. Лишив журналиста данного права, журнал ущемил тем самым его права и законные интересы. В силу этого обстоятельства у журналиста, на основании статьи 46 закона о СМИ, появилось «право на ответ».

То есть журналист приобрел право на принудительное размещение в журнале-обидчике своего комментария или реплики в связи с допущенным нарушением. Отказ редакции в помещении такого материала или неудовлетворение просьбы в разумный срок могут быть обжалованы в суд.

Поэтому автор может поставить редакцию перед выбором: «плати или признай ошибку». Если редакция проявит строптивость, а журналист настырность, то редакции придется сделать и то и другое.

Третий путь — это взывать к разуму и совести главного редактора журнала, опубликовавшего статьи с нарушением авторского права, желательно ссылаясь на нашу публикацию. Успех этой операции зависит от личных качеств редактора журнала.

Владимир ЭнтинВладимир ЭНТИН, директор Центра правовой защиты интеллектуальной собственности МКА «КЛИШИН И ПАРТНЕРЫ»

Источник: журнал «Среда» № 10 (25), октябрь 2000 г.

Любое использование материалов допускается только при наличии ссылки на источник.